Последние несколько дней я борюсь с дырой в стене, которая никак не желает исчезать.
Я перепробовал все привычные средства — в том числе заменил целый участок кухонной стены, который дыра облюбовала себе домом.
И что вы думаете — дыра каждый раз возвращается.
Я предполагаю, что это какая-то плесень или микроскопический организм, поедающий штукатурку. Не знаю точно. Просто дыра постоянно растёт, значит, в стене что-то есть.
Хуже всего запах. Что-то вроде послевкусия рвоты, только в виде вони — трудно объяснить. Он преследует меня по всему дому. Чёрт, он преследует меня даже на улице, будто застрял у меня в носу.
В общем, эта дыра — как заноза, и я пытаюсь найти способ от неё избавиться. Хотя, наверное, «избавиться от дыры» звучит немного странно, но вы поняли, о чём я.
Обычно я бы не стал писать о таком, но я в отчаянии. Одной из попыток был звонок специалисту по вредителям — пусть посмотрит, кто это может рыть.
Проблема в том, что когда он приехал, я хоть убей не мог найти это место. Битый час я мотался по кухне, а он просто стоял и смотрел на меня.
В итоге пришлось всё отменить. Сволочь всё равно выставила счёт.
Едва он ушёл, запах снова ударил в нос — хотя, если честно, он никуда и не девался. Накрыло горячей волной. И конечно, теперь дыру было легко найти: она выросла ещё сантиметров на пятнадцать, трудно не заметить. Как я мог её проглядеть?
С тех пор дыра постоянно росла. Несколько раз я вызывал мастеров — и снова не мог её найти, хоть убей. Будто на меня накатывал самый жуткий провал в памяти. Чёрт, один раз я даже забыл, зачем вообще его вызвал.
Счета копились, и пришлось прекратить эти бессмысленные вызовы.
Я решил: раз не могу ни заменить стену, ни понять причину, придётся просто её спрятать. С глаз долой — из сердца вон, что-то в этом роде.
Сначала я повесил поверх неё фотографию в рамке — я с друзьями на озере неподалёку от дома. «Друзья» — это, пожалуй, громко сказано, скорее просто знакомые. Все, кроме Майка.
Рамка была большая — с запасом сантиметров пятнадцать с каждой стороны от дыры. Даже больше, чем требовалось.
Смирившись с судьбой, я отправился спать. К запаху я так и не привык, хотя с любой другой вонью это обычно происходит. Он просто продолжал висеть в воздухе.
Проснувшись, я практически забыл о дыре — будто невольно вычеркнул её из памяти. Вспомнил о её существовании, только заметив явное отсутствие рамки, которую повесил накануне вечером.
Я решил, что она упала за тумбу или закатилась куда-то ещё на кухне. Минут тридцать облазил всё вокруг. Фотография попросту исчезла.
А вот дыра не исчезла.
Вот она — смотрела на меня, как бесформенный зрачок мёртвого великана. Неужели она стала больше? Определённо стала.
Мне пришла в голову мысль, что фотография каким-то образом провалилась в дыру, но это было невозможно. Дыра была слишком маленькой, чтобы рамка туда влезла, — она полностью её закрывала.
Но это было вчера.
Сегодня дыра выглядела так, будто рамка спокойно в неё поместилась бы. Я подошёл ближе. Натянул ворот футболки на нос, пытаясь заглушить запах — без толку, — и заглянул внутрь.
Темнота. Чернильная, непроглядная темнота.
Я достал из кармана телефон, включил фонарик и направил свет прямо в эту пасть в стене.
Свет просто исчезал. Будто краска вантаблэк, поглощающая весь свет. Ничего не просвечивало.
Я был в замешательстве.
Порывшись в кухонном ящике, я нашёл старую деревянную ложку. Медленно засунул её в дыру. Дальше, ещё дальше, и ещё. Намного глубже, чем позволяла бы толщина стены до соседней комнаты.
Вытащил ложку. Обошёл стену и заглянул в гостиную с другой стороны.
Ничего.
Дыра просто не могла уходить так далеко — это было физически невозможно.
Пока я перебирал в голове возможные объяснения, я услышал тихий звук капель. Опустив взгляд, заметил, что ложку почти по всей длине покрывает тонкая жёлтая плёнка, стекающая на пол.
Я подошёл к раковине и начал оттирать плёнку. Она не сходила. Самая жирная, маслянистая субстанция, какую только видел свет. Она забивала щётку, прилипала к ложке и, что хуже всего, липла к рукам.
Вода будто только размазывала её ещё сильнее, и не успел я опомниться, как был покрыт этой дрянью по локти.
Ощущение было такое, будто меня обмазали маслом или жиром с курицы гриль. И оно никак не отходило.
Я извёл целый рулон бумажных полотенец, пытаясь отчистить эту дрянь. Без толку. Ничто её не убирало — только размазывало ещё больше.
Расхаживая по кухне и уже готовый тереть кожу металлической мочалкой, я кое-что заметил.
Дыра стала огромной. И из неё капало.
Та жёлтая жидкость сочилась прямо из дыры. Казалось, будто она пускает слюни.
Я инстинктивно стряхнул руки, как обычно делают после мытья, и подошёл ближе к дыре.
Теперь она была около метра двадцати в диаметре. Куда больше, чем раньше.
Я в оцепенении смотрел на неё, казалось, целую вечность, прежде чем услышал…
Стук.
Я резко повернул голову. Потом опустил взгляд на то месиво, которым был покрыт. Продолжая бесполезную попытку отчиститься, я пошёл к двери.
Я заглянул в глазок.
Это был Майк.
Я выдохнул с облегчением, попытался открыть дверь — и не смог. Руки были насквозь покрыты этой жирной жёлтой жидкостью.
Ещё два стука. «Адам? Я слышу, что ты там, за дверью. Открывай».
«А, привет, Майк. Тут у меня небольшая проблема с дверью. Возьми запасной ключ, он под ковриком».
Я услышал шарканье и кряхтение — Майк наклонился. Он был довольно крупным парнем и никогда особо за собой не следил.
Услышал, как щёлкнул замок и открылась дверь.
«Эй, братан, ты как? Давно не слышал…»
Он осёкся на полуслове, увидев меня. «Адам, во что ты вляпался?»
Я посмотрел на свои руки и предплечья. К этому моменту, наверное, и лицо было в этой дряни. «Разбираюсь с одной проблемой по дому. Та ещё головная боль».
Он зажал нос: «Адам, воняет жутко. У тебя унитаз прорвало?»
«Нет-нет. Пойдём, покажу». Я повёл его через коридор на кухню — и только теперь заметил, в каком разгроме был дом.
Жёлтый гной был повсюду. Впитался в ковёр, на столешницах, на полу. Он был у меня между пальцами ног, я чувствовал его при каждом шаге.
«Нет, чувак, — услышал я голос Майка. — Нет. Это отвратительно. Ты здесь торчал последние несколько недель?»
Несколько недель? «Каких недель? Прошёл от силы день-два. Никаких недель не было».
«Чувак, от тебя никто не получал вестей недели три. Именно поэтому я и приехал. Ты не отвечал на сообщения».
Я посмотрел на руки. «Ну, я в принципе не мог пользоваться телефоном с этой дрянью на пальцах», — сказал я, показывая ему руки, и капля гнойной жижи брызнула на его куртку — он вздрогнул.
«Слушай, я покажу тебе, из-за чего всё это. Это сводит меня с ума, что бы я ни делал — избавиться не получается. Однажды на кухне появилось и…»
Я осёкся. Дыра исчезла. На стене не осталось даже следа.
Я подошёл, приложил руки к стене, пытаясь нащупать хоть шов, хоть что-то, что доказало бы: она была здесь. «Я… я не понимаю, она же только что была вот тут».
«Адам, хватит, ты размазываешь это дерьмо по всей стене. Что там было?»
«ДЫРА!» — я лихорадочно озирался. — «Здоровенная чёртова дыра. Она была прямо здесь. Говорю тебе, она тут уже несколько дней… или недель — не знаю, но она сводит меня с ума. Посмотри на меня. Посмотри, что она натворила».
Пока я смотрел на стену, не веря своим глазам, позади раздался звук — что-то мокрое, чавкающее, сосущее.
Я обернулся. Дыра была уже не на стене. Она была на полу.
Прямо там, где стоял Майк.
Я смотрел, оцепенев от ужаса, а из дыры продолжали доноситься чавкающие, хлюпающие, глотающие звуки. Вонь усилилась в десятки раз.
Я отступил на шаг и поскользнулся на слизи, покрывавшей теперь почти каждую поверхность в доме.
Я прижался спиной к тумбе под раковиной. Дыра выросла — теперь почти два метра в диаметре.
Звук не прекращался — будто кто-то чавкал, поедая что-то. Пока наконец не стих.
Короткую тишину нарушил звук, который иначе как утрированным глотком не назовёшь.
В панике я перелез через кухонную стойку и рухнул на пол. Весь покрытый этой густой слизью, я едва мог устоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы за что-то ухватиться.
Я пополз к двери. Отчаянно пытался схватиться за ручку, но руки скользили, не находя опоры, при каждой попытке.
Попытался снять футболку, чтобы использовать как перчатку, но слизь сделала это практически невозможным.
Меня по-настоящему охватила паника. Я бросился в кабинет — к счастью, дверь туда обычно стояла открытой — и захлопнул её за собой.
Жидкость теперь склеивает всё. Она в волосах, между пальцами, вокруг рта. Немного попало даже в уголки глаз — моргать становится всё труднее, будто она запечатывает их каждый раз заново. С каждым разом всё туже.
Мои руки теперь больше похожи на бесформенные культи, чем на кисти с пальцами. Пишу это из кабинета. В таком состоянии на это ушла целая вечность.
Правый глаз закрылся полностью, левый — почти не открывается. Гной залепил рот и нос. Дышать стало невыносимо тяжело. Приходится сосредотачиваться, чтобы просто не задохнуться.
Я не выходил из кабинета уже несколько дней. Окна затянуло чёрным — так много жёлтой плёнки на них засохло.
За дверью кабинета слышится урчание и бульканье, будто работает чей-то желудок. Вонь невыносима в те редкие моменты, когда удаётся вдохнуть полной грудью.
Пишу это в надежде, что кто-нибудь сможет мне помочь.
Пожалуйста.
Автор: Tnel1027
Источник: How to Seal a Hole?