Кажется, мой пёс меня ненавидит. Он всё время пытается укусить

Я люблю собак с самого детства. Мама говорит, что моим первым словом было «щенок».

Я всю жизнь знал, что стану самым лучшим хозяином на свете. Представлял, как буду водить пса на прогулки, играть с ним в мячик, валяться в обнимку на диване. Но вышло совсем не так.

Вместо обнимашек и дружбы — ненависть. Пёс рычит и стонет, когда я захожу в комнату, и мне приходится держать его в наморднике, потому что, стоит мне подойти, он визжит, воет и кусается. Я не знаю, что делать. Он трясётся, будто нервничает, и не смотрит на меня, когда я зову его по имени. Он у меня недавно, и я понимаю, что животному нужно время, чтобы освоиться на новом месте, но никаких улучшений я не вижу. Он делает свои дела где попало, а я убираю за ним, не злясь и не повышая голоса. Предлагаю ему вкусняшки, но он их не берёт. Просто сидит у меня в гардеробной, свернувшись клубком. Мне жалко бедолагу, но это совсем не та «дружба навек», о которой я мечтал годами. Выводить его на прогулку я не решаюсь: порода крупная, и я боюсь, что он вырвется с поводка и сбежит. Ума не приложу, что делать.

Есть и ещё одна проблема — родители. Они не знают, что у меня в подвале живёт собака. Папа несколько лет работал актёром озвучки, и когда родители только купили этот дом, они переделали подвал в звукоизолированную студию, чтобы ему было где работать. Когда мне было три года, они снова сделали там спальню, а папа переключился на звукорежиссуру и монтаж.

Я единственный ребёнок, родился после многих лет лечения от бесплодия, и, если честно, родители позволяют мне вообще всё. Весь подвал в моём распоряжении: свой телевизор, мини-холодильник, огромная кровать. У меня новейшие VR-шлемы, Xbox, PlayStation, всё, что захочу. У меня есть машина, которую мне по закону ещё год нельзя водить, модель следующего года. Рождество у нас всегда с размахом. Единственное, в чём мама с папой мне отказали, — это собака.

У папы смертельная аллергия на собак. Да что там, у него аллергия почти на всё. Кошки, собаки, лошади, арахис, моллюски, шоколад, молочка, глютен, пыльца, бананы… Список можно продолжать. Годами мы были осторожны. Мыли руки по сорок семь раз на дню и никогда не приносили домой ничего опасного. Я тем временем изучал бесшёрстные породы собак, кошек, чёрт возьми, даже морских свинок! Но как бы заводчик ни расхваливал «гипоаллергенность» животного, папе рядом с ним находиться нельзя.

Я очень благодарен родителям за жизнь, которую они мне дали. Мне никогда не приходилось просить денег на торговый центр, просить, чтобы меня куда-то отвезли, или клянчить билеты на концерт. Я избалованный и очень привилегированный, но стараюсь так себя не вести. Единственное, о чём родители меня просят, — уважать папины проблемы со здоровьем.

Но полгода назад я решил, что спрятать животное в подвале будет довольно просто.

С тех пор как папа перешёл на монтаж, он сюда вообще не спускается. Работает в кабинете наверху, а из подвала есть отдельный выход на задний двор. Я всё спланировал: держать собаку у себя в комнате или в гардеробной, выводить только через задний ход. Если взять не слишком голосистую породу, никаких проблем не будет.

В общем, я попробовал. Продержался два дня, а потом папа начал чихать и задыхаться, и мама что-то заподозрила. Я быстро и незаметно пристроил Бадди в другие руки и с разбитым сердцем понял, что мечту придётся отложить, пока через несколько лет не съеду.

Но пару месяцев спустя я открыл для себя другую породу, этакую дворнягу, если хотите, на которую у папы точно нет аллергии. Перед тем как заводить, я всё проверил. Подбросил по дому всякие мелочи с «аллергеном», на которые папа не обратил бы внимания. Он даже не шмыгнул носом. Тогда-то я и понял, что всё получится.

И я поехал к мусорным бакам за обшарпанным «Бургер Кингом» в нескольких километрах от школы. Поехал за рулём, незаконно, и стал ждать, когда появится этот шалопай. Я присматривал бродячего, без всяких документов, по которым родители могли бы что-то отследить, и нашёл идеального. У него была мягкая каштановая шёрстка, шоколадные глаза и очаровательный лай, похожий на смех. Я знал, что он будет само совершенство, и был только рад его спасти.

Поймать его оказалось очень трудно. Он отбивался изо всех сил, визжал и извивался, пока я прижимал его к земле. К счастью, никто ничего не заметил, а может, всем было плевать, и в итоге я затолкал его в багажник.

Труднее всего было занести его в дом. Пришлось оставить беднягу в багажнике на час, пока родители не легли спать, но я пообещал, что всё ему возмещу, как только мы окажемся в подвале. Он только скулил, бедняжка.

До задней двери мне пришлось его практически волочь. Он так шумел, что я боялся, как бы не услышали соседи, но ни в одном окне свет не зажёгся. Я затащил его внутрь и запер в гардеробной.

Сказать, что он запаниковал, — ничего не сказать. Он выл и визжал, так что мне пришлось надеть на него намордник и связать ему лапы, чтобы не убежал. Знаю, знаю, так делать не рекомендуется, но я не знал, как быть! Гугл и ChatGPT ничем не помогли. Обычные советы вроде «наблюдайте и ждите», «дайте ему вкусняшку» или «дайте ему личное пространство» не работали. Он брыкался и дрался со мной как сам дьявол.

Через несколько дней я зашёл к нему, как обычно, на вечернюю проверку.

— Ну что, Рекс, будешь хорошим мальчиком? — Я протянул руку и ласково потрепал его по шёрстке.

Он медленно кивнул.

— Вот и хорошо. Сейчас я выну у тебя изо рта носок, чтобы ты попил водички, ладно, малыш? Только тихо, мама с папой спят наверху.

Я медленно расстегнул намордник и снял его. Мокрые дорожки от слёз тянулись у него до самого подбородка. Я взял салфетку.

— Ну надо же, Рекс. Бедные твои слезящиеся глазки. Завтра позвоню ветеринару, узнаю, что можно сделать.

Он заскулил.

Я осторожно вытащил у него изо рта носок. Он судорожно вдохнул, тут же наклонился к миске у своих ног и стал жадно, долго пить. Через несколько минут он выпрямился.

— Пожалуйста, — прошептал он. — От… пусти… меня.

Я поцокал языком.

— Рекси, собаки не разговаривают. Если ещё раз так сделаешь, придётся снова надеть намордник.

— Я не собака, психопат ты долбаный!!!

Он бросился на меня, вскинув связанные руки к моему горлу. Я отбил их в сторону, но он навалился на меня всем весом, прижал к полу и укусил за плечо.

К счастью, я крупнее, так что я боролся, пока не перекатился и не оказался сверху. Я запихнул носок в его окровавленный рот и держал его лицом в ковёр, пока он не перестал сопротивляться. Потом схватил намордник и снова его застегнул.

— ПЛОХАЯ собака. Плохая. — Я посмотрел на своё плечо и выругался. Утром придётся придумать, как объяснить маме кровь, а пока я был совершенно вымотан.

Я встал, чтобы уйти, и оглянулся. Рекс сидел в углу и смотрел на меня карими глазами, полными ненависти.

— Я буду самым лучшим хозяином, если ты мне позволишь, — тихо сказал я.

Он что-то промычал в ответ, я не разобрал.

Я выключил свет и закрыл дверь.

Вот я и пришёл на Реддит за помощью. Я читал о том, как собаки устанавливают иерархию, и пытаюсь показать ему, кто тут главный, но он продолжает драться. Прошёл уже месяц, а я не вижу ни малейших признаков того, что мы сближаемся. Он худеет, потому что почти ничего не ест. Я купил четыре разных вида «Пурины», а он почти не притрагивается. Выводить его на улицу я не могу, он сбежит. Я весь извожусь, оставляя его на целый день, пока я в школе. Я принципиально против того, чтобы бить собаку, так что советы с жестоким обращением буду удалять.

Я всего лишь хотел питомца, и вот когда у меня наконец появился такой, на которого у папы нет аллергии, он меня ненавидит.

Я просто хочу, чтобы он был хорошим мальчиком.