Моей кровью удерживают демона

Раз в два месяца я обязан сдавать пинту своей крови, но ни капли её ни разу не досталось человеку, которому нужна помощь. Нет, мою кровь собирают для другой цели. Цели куда более важной.

Я живу в маленькой уединённой горной общине где-то на востоке страны, но где именно, мне знать не положено. Связь с внешним миром у нас ограничена. Мы редко покидаем общину и мало знаем о том, что происходит за природной стеной леса и земли, которая так надёжно отгораживает нас от остального населения. Сколько раз я уезжал из дома, можно пересчитать по пальцам одной руки, а чтобы сосчитать, сколько раз у меня был доступ в интернет, пальцев понадобится ещё меньше. Живём мы в общине просто, тихо. Мы там счастливы, и нам мало чего не хватает.

В горах, на самой окраине нашей общины, есть пещера. В этой пещере, недалеко от входа, стоит большая каменная плита. А за этой плитой обитает один из самых могущественных демонов, когда-либо ступавших по нашему смертному миру.

Демон сидит там не по своей воле. Уже много веков он заточён за каменной стеной, где не может ни вернуться в свои владения в аду, ни терзать мир живых. Он в ловушке и, даст бог, останется в ней, пока есть смертные вроде нас, готовые поддерживать его земляную тюрьму.

Имени демона мы не помним, его нарочно отбросили и забыли много поколений назад, но его историю помним. Он явился сюда сотни лет назад, в особенно суровую зиму, которая тяжело далась поселенцам этих мест. Почти обречённые, поселенцы молились сущности, которую считали божественной, но вскоре поняли, что она какая угодно, только не божественная. Она помогла им пережить ту раннюю зиму, но за плату, и платили смертной плотью. Сначала поселенцы считали жертвы неизбежным злом, но вскоре им пришлось отдавать столько своих, что это стало невыносимо. Довольно скоро они поняли, что лучше бы они встретили ту суровую зиму, из-за которой вообще призвали сущность. Они придумали, как изгнать сущность обратно в ад, но хоть призвать её оказалось нетрудно, отправить обратно в глубины, откуда она явилась, они не смогли. Сущности нравилась жизнь в мире смертных, и бросать свой новый дом она не собиралась.

Но то, что она отказалась возвращаться в ад, не значило, что её нельзя остановить.

Сущность жила в пещере над общиной, днём спала, а ночью обрушивала свой ужас на жертв. Поселенцы воспользовались её ночными повадками и, пока она спала, замуровали её за каменной стеной, но знали, что одной стены не хватит, чтобы её удержать. Чтобы демон оставался запечатан, на стену нужно было регулярно наносить жертвенное подношение: жертву в виде человеческой жизненной силы.

Перенесёмся в наши дни: моя община до сих пор приносит ту же жертву, что приносили наши предки много поколений назад. Мы делимся на две основные группы: тех, кто сдаёт, и тех, кто красит. Сдающие должны регулярно отдавать кровь, а красящие потом мажут ею каменную плиту, поддерживая печать, которая держится столько долгих лет. Каждый из нас должен внести свою долю, чтобы это чудовище оставалось заперто в своём личном Тартаре. Наша жертва обеспечивает защиту общего блага.

Жизнь в общине не так плоха, как может показаться. Во многом мы живём нормальной и полезной, хоть и чуть ограниченной жизнью. Отдавать стене пинту крови время от времени куда лучше, чем регулярные подношения плоти, которых демон требовал, пока был на свободе. Без части красной сущности, что течёт в наших телах, мы легко обходимся, так что с радостью отдаём её, когда приходит наша очередь. Для большинства из нас после очередной сдачи жизнь идёт как обычно.

Но это не значит, что всем нам так везёт.

Потому что, хотя крови, которой обмазывают стену, обычно хватает, чтобы держать сущность взаперти, приближается тот единственный день в году, когда демон сильнее всего, и тогда всё ещё требуется жертва плоти. Каждый год, в последнюю треть октября, выбирают троих сдающих, один из которых и принесёт это последнее подношение. Троих избранных увозят из общины, и они десять дней перед жертвоприношением живут среди скверны внешнего мира, чтобы их души достаточно запятнались и сильнее разжигали аппетит демона. В ночь на 31 октября всех троих ставят перед каменной плитой, и сущность выбирает одного из них, чтобы утолить свой ежегодный голод. Двух уцелевших избранных принимают в ряды красящих, и им больше никогда не придётся отдавать свою кровь, а того, кого поглотили, чествуют грандиозным празднеством, которое длится до рассвета.

В этом году я оказался среди избранных. Меня забрали из общины и привезли во внешний мир, где я провёл последние несколько дней, готовясь к ритуалу в конце месяца. Мне здесь понравилось, так понравилось, что хочется никогда не возвращаться, но я знаю, что мой долг вернуться в общину.

И я вернусь.

Хотя нам троим, пока мы ждём ритуала, позволено вкушать многие удовольствия современного общества, некоторые ограничения мы всё же обязаны соблюдать. Наш сопровождающий не знает, что у меня сейчас есть доступ к интернету, и не знает, что я это пишу. Сомневаюсь, что когда-нибудь узнает. Я пишу это, потому что хочу, чтобы большой мир узнал о жертвах, которые моя община приносит каждый божий день. Неправильно, что мы должны спасать вас всех тайком, а вы даже не знаете правды о том, что мы делаем.

Не знаю, что будет после ритуала в конце месяца. Если меня не выберут для поглощения, я стану красящим, а значит, скорее всего, больше никогда не покину общину, разве что стану сопровождающим для будущих избранных. Так или иначе, вряд ли вы когда-нибудь обо мне ещё услышите, но меня это устраивает. Мне не нужно знать, как люди снаружи отнесутся к тому, что я им рассказал. Мне достаточно знать, что моё послание доставлено и наша жертва открыта миру.

Не знаю, доживу ли я до ноября. Сначала эта мысль меня ужасала, но теперь нет. Если меня выберут для поглощения, моя смерть будет значить больше, чем могла бы значить моя жизнь. Если не выберут, я продолжу жить с той же целью, что и всегда: держать невообразимое зло взаперти.

И меня устроит любой исход.